Дэвидов босс шагнул вперед — лица в наступившей тьме совсем было не видать, а поза дышала угрозой.

— Ты же альфа, — сказал он, как стыдят ребенка. — Перестань возиться с ведьмами и вспомни о долге.

Двери закрылись, и я привалилась к зеркалу. Вспомни о долге? О каком это?

Лифт медленно ехал вниз, и мое напряжение ослабевало с каждым этажом. Пахло разозленным вервольфом, и я глянула на Дэвида. Отражение мое в треснувшем зеркале выглядело кошмарно: растрепавшаяся коса — вся в цементной пыли, — кроваво-синий след зубов Карин на шее, пальцы ободраны о ее же зубы. Спина болит, нога саднит, и, блин, сережку потеряла! Мои любимые сережки, кольцами!

Живо припомнилось ощущение мягкого уха во рту, и как оно легко прокусилось. Драка с таким интимным контактом — брррр! Но ладно. Я жива, и все при мне. Я еще ни разу не пользовалась лей-линейной магией в такой крутой драке, и теперь знаю, что надо опасаться наручников. Поймали, как магазинного воришку, господи Боже.

Лизнув палец, я вытерла цементное пятно со лба. Проволока на запястье смотрелась дико, но снять ее я только Айвиными кусачками смогу. Зато я сняла оставшуюся серьгу и бросила ее в сумку. Дэвид привалился спиной в угол и держался за ребра, но вроде бы не боялся, что нас поджидают внизу те три вервольфа, так что пистолет я убрала тоже. Волки-одиночки — они самоуверенны, как альфы, только им еще и поддержка стаи не больно нужна для спокойствия. Вообще-то, довольно опасная черта.

Дэвид фыркнул от смеха. Я скорчила высокомерную рожу, и он расхохотался, только тут же согнулся от боли. Улыбаясь сквозь боль, он глянул на ползущие вниз цифры, потом выпрямился и попытался пригладить порванный пиджак.

— В ресторан идем? — спросил он, и я прыснула.

— Я закажу лобстера, — предупредила я, потом добавила: — Вервольфы действуют вместе только в своей стае: видно, я им как кость в горле. Господи, и что их так заедает?